Кажется, что все великие блюзовые гитаристы происходят родом из Техаса. Альберт Коллинз не был исключением. Он родился 3 октября 1932 года в городе Леона, милях в ста от Хьюстона. По матери он приходился двоюродным братом бессмертному гитаристу Лайтн
^История и влияния
Кажется, что все великие блюзовые гитаристы происходят родом из Техаса. Альберт Коллинз не был исключением. Он родился 3 октября 1932 года в городе Леона, милях в ста от Хьюстона. По матери он приходился двоюродным братом бессмертному гитаристу Лайтнингу Хопкинсу (Lightning Hopkins).
Несмотря на такую аристократическую гитарную родословную, первым пристрастием Коллинза было фортепиано, которым он начал упражняться в шесть лет, а к гитаре обратился потому, что сложно было встречать учителя. Он начал промышлять на инструменте еще одного двоюродного брата с открытым строем, всетаки настоящее наитие пришло, если он услышал пластинку Джона Ли Хукера “Boogie Chillun” 1948 года. Коллинз переутомил пальцы, пытаясь сыграть гипнотический буги-рифф на акустике, и оживленно переключился на электрогитару (пустотелый Эпифон).
Если вы играли в Техасе в сороковые, вы либо пытались журчать как Ти-Боун Уокер, либо в два раза упорнее пытались сыграть не как он – так велико было его влияние. Альберт избрал следующий путь, поскольку предпочел новый звук, которого он мог добиться, сочетая всенародный склад с игрой пальцами. Вскорости он начал внимать двух молодых последователей Уокера: Кларенса Брауна (Clarence “Gatemouth” Brown) и Эдди Джонса (Eddie “Guitar Slim” Jones). Хотя они и находились под сильным влиянием Ти-Боуна, всетаки играли бессорный рок-н-ролл.
исключая того, они были одними из первых, раскрывших потенциал цельнокорпусных гитар Фендер, которые начали тут появляться. Эти инструменты не токмо могли журчать на высокой громкости без фидбэка, но, к тому же, их низкий величина позволял формировать акробатические трюки – необходимая отрезок концерта для любого уважающего себя южного блюзового гитариста. опричь только прочего, Браун сказал Коллинзу приблизительно следующее: "Коллинз, это каподастр. Каподастр, это Коллинз. Коллинз, пользуйся каподастром", что позволило Коллинзу транспонировать официальный склад в любую тональность.
На Коллинза влияли не исключительно гитаристы. Ему вконец нравился звук джазово-блюзовых пионеров органа Хаммонд Б-3 Джимми МакГрифа и Джимми Смита. Он также перенес на гитару фразировку и голосоведение духовой секции, например, той, что звучит у Б.Б.Кинга.
Еще подростком Коллинз начал забавлять вещи Хопкинса в трио из гитары, пианино и ударных, а помощью изрядно лет – и затем покупки Fender Esquire 1952 года – он возглавил свой принадлежащий согласие из 10 личность Rhythm Rockers. В ранних пятидесятых он сотрудничал с певцом Piney Brown, а после вернулся в Хьюстон продолжать оттачивать личный звук. Его живые выступления стали приковать большое внимание, если он начал наслаждаться 100-футовым шнуром, дабы совмещать мочь во эпоха игры прогуливаться по залу.
Первая доска "The Freeze" при поддержке “Collins Shuffle” вышла в 1958 году на лэйбле Kangaroo. Коллинз писался с саксофонистом и преподавателем Henry Hayes, кто учил его джазу, духовым аранжировкам и фразировке. доска положила увертюра образу "холодного" (читай также "крутого") гитариста, что остался с Коллинзом на всю век – идея, появившаяся в того, как он назвал два своих инструментала по аналогии с установками кондиционера на приборной доске своего автомобиля. доска имела туземный счастье и позволила Коллинзу участвовать в шоу таких гигантов, как T-Bone Walker, “Gatemouth” Brown и Guitar Slim. Вскоре он был уже хорошо известен в регионе.
В 1960 Коллинз выпустил изрядно инструментальных синглов на лейбле Hall-Way продюсера Билла Холла, укрепив тем самым свою репутацию как уникального гитарного стилиста. “Defrost,” “Sno-Cone” и “Don’t Lose Your Cool” были сильными вещами, но его фирменной мелодией стала “Frosty” 1962 года, представившая его фразировку и динамику в наиболее полном виде. Выпущенная на пике бума на музыку сёрф, доска с быстрым шаффлом разошлась едва ли не миллионным тиражом. Коллинз среди тем продолжал ходить в техасских клубах, формируя статус культовой легенды и влияя на таких людей, как Johnny Winter, Jimi Hendrix и даже Janis Joplin.
В 1964, синглы с лэйбла "Hall-Way" были собраны на одну пластинку и выпущены на лэйбле "TFC" как "The Cool Sound of Albert Collins" (переизданный на фирме "Blue Thumb" в 1969 под названием "Truckin’ with Albert Collins"). Он все еще жил в Хьюстоне в 1968 году, если Bob Hite, первенствующий вокалист популярного лос-анджелесского блюз-рок коллектива Canned Heat и мнимый собиратель пластинок, пришел в клуб "Ponderosa", где выступал Альберт. Уже хорошо знакомый с историей Коллинза, Хайт убедил его переехать в Лос-Анджелес, где свел с компанией Imperial, дав ему тем самым затейщик шанс начинать известным на всю страну.
Вышло три альбома, которые провалились коммерчески, и Альберт продолжил карьеру живыми концертами на Западном побережье.
В 1972, затем записи альбома для лэйбла "Tumbleweed", что стремглав обанкротился, его судьба уперлась в тупик. Блюз-роковый бум уже прошел. Все стало по-другому в 1978 году, если глава "Alligator Records" Bruce Iglauer заключил с ним контракт. удача первой записи на этом лэйбле, альбома "Ice Pickin’", привел к приглашениям на фестивали и турам по США, Европе и Японии. Последующие записи восьмидесятых годов укрепили его позиции как влиятельного блюзового гитариста и одаренного вокалиста.
Больше того, братья Stevie Ray и Jimmie Vaughan распространили его евангелие по миру, а доска 1985 года "Showdown", на которой он записался вообще со старым хьюстонским приятелем Johnny Copeland и молодым последователем Robert Cray, выиграла "Грэмми". Коллинз по сути дела жил в дороге, ведя свой собственный автобус от концерта к концерту и поражая аудиторию неувядающей энергией. В 1989 году он стал записываться на "Pointblank", и первая запись - "Iceman" 1991 года, продемонстрировал более "отполированный" звук. В 1992 году прошли слухи, что здоровье Коллинза в опасности, и вскорости стало известно, что он страдает неоперабельной формой рака.
Он мужественно переносил болезнь, работая до самого конца, и скончался 24 ноября 1993 года в возрасте 61 года.
^Стиль и техника
Коллинз создал звук непревзойденной яркости и поразительного диапазона. содержание его индивидуальности кроется в объемистый степени в его собственном голосе. Коллинз пропевал свои болтовня не в микрофон, придавая им "дышащий" характер. исключая того, он умел выдумывать наитие в повседневных звуках, изображая с через гитары машину, пытающуюся стартовать морозным утром, голос курицы на заднем дворе или разговорные ритмы домашнего спора.
Коллинз сохранил свою пальцевую атаку правой руки несмотря на попытки Фредди Кинга и других "переучить" его, воеже он пользовался простым медиатором или медиатором для большого пальца. Как вымышленный Уэс Монтгомери, тоже игравший голым большим пальцем, Альберт больше ценил звук, чем скорость, и его звук узнавался моментально. Мозоли на его большом и указательном пальцах были жесткими, как медиаторы, а за счет использования пальцев он мог оживленно переходить с низких струн на высокие и наоборот.
Он недолго экспериментировал со стандартной настройкой в начале карьеры, но после вернулся к той, которой научил его Willow Young. В знак от большинства настроек для слайдовой игры, его была построена на минорном трезвучии от D, E или F, за сохраняя одинаковые интервалы среди струнами (например, снизу вверх: E B E G B E). Пользуясь каподастром, Коллинз мог транспонировать настройку в любую тональность. Рис. 1 – фирменная речь Коллинза в D, сыгранная в открытом F-минорном строе (снизу вверх: F C F Ab C F) с каподастром на 9м ладу. Оцените, как метко он пользуется восходящим движением указательного пальца для арпеджио 16-ми нотами.
Если у вас нет под рукой каподастра, просто поставьте палец перст левой руки на 9й лад. Этот парабола также дозволительно сыграть в открытом Е-минорном строе, передвинув каждую ноту вверх на один лад, или в стандартном строе как показано ниже. То же самое относится и к следующему примеру.
^Оборудование
В добрых старых техасских традициях первую свою гитару Альберт сделал из ящика от сигар. За ней последовал инструмент, изготовленный местным плотником, как говорят, с погремушками гремучих змей для улучшения резонансм Эпифона с пустым корпусом Коллинз обрел свой фирменный звук в Fender Esquire 1952 года, предшественнике Телекастера. На нем Коллинз играл, пока гитару не украли во пора путешествия в Лос-Анджелес в конце 60-х.
На смену инструменту пришел Телекастер 61-го года с хамбакером подле грифа, хотя Коллинз предпочитал вкушать звук с бриджевого звукоснимателя или с обоих одновременно. На этом инструменте он играл до своей смерти. Усилителем его был Fender Quad Reverb, чудовище, выдававшее потом колонку 4x12 все 300 ватт. Он выставлял громкость и высокие частоты на 10, бас на 0 и выкручивал реверберацию.
За исключением легкого флирта с эффектом вау, Коллинз считал, что эффекты для его тона не имеют значения; звук был не в них, а в его руках.
