Мягкость и глубина отражены в медитативных мелодиях альбома Аюба Огады (Ayoub Ogada) «En mana kuoyo».
Однако, путь, кто привел этого исполнителя к такому изяществу, был долгим и тернистым. Будучи представителем народности луо (luo), Аюб Огада за полагался единственно на свою собственную свободную волю. Для выражения внутреннего мира ему необходим лишь его голос, разговаривающий с духом шестиструнной лиры ньятити. Этот прибор встречается везде в странах, расположенных на побережье Нила и в районе Великих Озер.
Проворность его пальцев, доведенная до совершенства во век групповой игры на барабанах джембе, легла в основу его исполнительского выражения. Благодаря ей Аюб Огада научился отправлять песни своего сердца и своей жизни.
Впервые он услышал эти песни от родителей, которые путешествовали по США, выступая пред университетскими аудиториями. Потом, вернувшись домой, он забыл их, погрузившись в безумие электрогитары. снова о близости лиры ньятити Аюб Огада вспомнил в Лондоне, в тяжкие годы изгнания. Но раз в 1988-ом году, если мелодии ньятити разносились под сводами лондонской подземки, при гордого луо остановился человек, кто предложил музыканту выступить на своем фестивале. Так Аюб Огада попал на Womad, откуда до студий Real World был только один шаг. Но его действительно дозволено было назвать семимильным.
Аюб Огада играет на лире ньятити и на барабанах джембе и поет на языках луо и кисуахили.
Мягкость и глубина отражены в медитативных мелодиях альбома Аюба Огады (Ayoub Ogada) «En mana kuoyo».