Беломорс был а основан в 1990 году в Москве уборщиком школы №1223(9) Иваном Дмитриевичем Новиковым и военруком той же школы Сергеем Григорьевичем Вьюгиным.
На подпевках работала жена Дмитрича - Лидия Петровна Новикова (уборщица той же школы), а позже к группе присоединился настоящий худой в мире перкуссионист (он отродясь в жизни не видел барабанов) Александр Борисович Балан, работавший трудовиком там же, где и остальные. кисть ансамбля сами музыканты и критики определили как «лавли-бомж-панк». Репетиций не было, концертов и записей тоже, - никто не умел шалить на инструментах. Здоровье Ивана Дмитриевича и Лидии Петровны непременно ухудшалось, сказывался очень преклонный возраст и плохое материальное рас уборщиков (они жили при школе торчмя в раздевалке). Сергей Григорьевич Вьюгин – подполковник вооружённых сил в отставке и победитель необъявленной войны с Китаем также был нездоровым человеком, хоть и считался в среде учеников талантливым репменом по прозвищу «простреленная нога», но, как выяснилось, не имел к музыке целиком никакого отношения. А о Балане – классном преподавателе труда, но сполна отстойном барабанщике, мы не будем сказывать вообще.
существование коллектива не клеилась, пока на пособие музыкантам не пришла молодая перемена (в 1990-м году труп Беломорс был реанимирован учениками всё той же 9-той школы - Димкой Королёвым и Серёгой Бойковым). Ни один, ни новый не умели, да, вобщем-то, и не хотели ни петь, не шалить на инструментах (произошла своего рода преемственность непрофессионализма). Зато оба порядком бережно относились к перенятой от предшественников идеологии «лавли-бомж-панка», а, также, к издаваемым звукам (записи решено было делать самым совершенным из доступных способов – путем микрофоны на двух стереодорожках катушечного магнитофона «Маяк» 1976-го года рождения). весь отринув варианты «живых» выступлений, друзья уединились на квартире Бойкова, которая днесь именовалась не иначе, как «Бычок студия», начав эксперименты со своими ужасными звуками. Во эпоха сессии, названной «Рок против соседей» и Королёв и Бойков брутально стучали по пластмассовым канистрам скалками для теста и истошно вопили дикими голосами. степень записи за выставлялся по максимуму.
Результатом усилий стал записанный в 1991-ом году книга «Монстры Фашизма», ураганно встреченный учениками 9-тки. Первая «композиция» с этого альбома «What Do We Need For Die?» моментально и однозначно побила по популярности бледную музыку, которую играла какая-то рок-группа, репетировавшая в актовом зале школы на настоящих электоинструментах (и это, учитывая, что Беломорс тутто еще не понимали слов «гитара», «ритм», «тональность», хотя в какой-то дикой оригинальности группе отказать было нельзя: к примеру, в финале «Монстров» была помещена стереозапись спуска воды в толчке, переходившая в звук дверных петель на фоне зомбирующего звука электробудильника). чин от брутальных звуков, но, не имея возможности издать какие-нибудь другие, на следующей сессии Серёга и Димка пошли «по пути наименьшего сопротивления» и положили свои «слова» на музыку инструментальной пластинки «Мелодии и ритмы зарубежной эстрады 70-х». Звук снимался посредством микрофоны торчком с колонок проигрывателя, поэтому, воеже успевать внятности шум ребятам снова пришлось надрывно кричать. Эксперименты завершились точный к весенним каникулам выходом очередного магнитоальбома «Lovely Sexy Songs».
1992-й год начался мощными нововведениями: Димка Королёв раздобыл где-то сломанный звукосниматель, а, также, подобрал на помойке гриф от акустической гитары; Бойков взял в руки пилу, молоток, отвёртку и паяльник, смастерив свою первую электрогитару «Беломорс Электроникс №1». забавлять на ней был приглашен дипломированный супергитарист (так, во всяком деле, казалось на тот момент) Алекс Питрюк – единственной песней, которую он умел шалить потом пяти лет занятий гитарой, был «Клён обледенелый». К Беломорс присоединился, также, Леонид Айзикович, считавший себя мощным ударником. В этом составе зимой 92-го года согласие приступил к записи нового альбома «Школа», если произошло чудовищное беда – что-то перегорело в нутре «Маяка». Запись была приостановлена, а магнитофон был отправлен в радиокружок дома пионеров на «Соколе», где его удалось починить.
Сессия возобновилась лишь весной, причем, к ансамблю присоединился ещё один божий индивид - Никита Борисов, участвовавший в подкриках, а, также, предоставивший в приказ «Бычок студии» массу неисправных девайсов, которые планировалось оживить для записи. В процессе работы над «Школой» этот пустой индивид спел мерзким голосом пару песен, попробовал забавлять на «Беломорс Электроникс №1» ложкой, но, затем, самоустранился.
«Школа» привлекла к ансамблю почтение других учеников школы, игравших музыку, что вылилось в очередное перемена состава (в следующей записи участвовала куча новых людей: дуэт «Южный Крест» в составе Юрия Конькова и Юрия Аверичева, а, также, пришедший на смену Питрюку правда классный музыкант - Сергей Королёв). К тому времени Бойков, продюсировавший все записи, собрал из дубовых стульев и старого грифа новую гитару «Беломорс Электроникс №2» -- безжалостный прибор, снабжённый двумя звукоснимателями и темброблоком. Был, также, реконструирован «Маяк» – ему заменили мотор.
В начале 1993-го года на кассетах стал увлекаться по рукам свежий книга «Бомж отель», принёсший группе знаменитый лучшего коллектива Коптевского района. Музыканты устроили даже один квартирный согласие (в притон Сергея Королёва).
Не остановившись на достигнутом, Беломорс в том же 1993-м году записали ещё один магнитоальбом «Забастовка», укрепивший их счастье в широком кругу ограниченных людей. Особенную знаменитый получили песни с медицинской тематикой: «Страшная болезнь», «Секретные опыты над людьми» и т.д., принёсшие группе дикую слава между абитуриентов, а, затем, и студентов Московской Медицинской Академии им. Сеченова. Предпринимались даже попытки устроить согласие на выпускном вечере в домашний школе, но выступление запретили.
в окончания школы все участники группы разбрелись в разные стороны, весь потеряв барыш к совместному творчеству, т.е. Беломорс действительно распались (своей музыкой продолжали работать лишь Коньков с Аверичевым под названием «Южный Крест», очень в этом преуспев, но, не имея шиш общего с идеями «лавли панка»).
В конце 1994-го года Сергей Бойков предпринял попытку реанимировать согласие (накопился пригодный стихотворный и музыкальный материал). На нота поиграть отозвались лишь Юрий Коньков и Сергей Королёв. В ходе предновогодней сессии была записана кусок новых песен, причём звук был только акустическим, хоть запись и осуществлялась по-прежнему - вследствие воздух, очень требовательно решено было касаться и к уровню записи и к вокалу (Бойков старался петь как дозволительно менее фальшиво). Все усилия были не напрасны, – не смотря на то, что затем записи коллектив еще распался, книга «Реаниматор» стал самым известным в истории Беломорс. Раскручивал его сызнова Бойков на базе МИТХТ им. Ломоносова, в что поступил учиться. О качестве материала говорит хотя бы тот факт, что иногородние студенты, возившие кассеты на каникулы в свои пенаты, на полном серьёзе пророчили Беломорс полные стадионы в своих городах. Такие хиты, как «Пагубная страсть», «Мересьев жив», «Зомби-вперёд!» пелись студентами на занятиях физкультурой, в перерывах посреди лекциями, на днях рождения в баре института; институтские рок и панк-группы на своих сходняках пытались перепевать эти песни.
С 1995-го года Сергей Бойков весь потерял барыш к музыке и официально заявил о распаде Беломорс (хотя ансамбля как такового не существовало в живых уже давно). За следующие три года были уничтожены, раскурочены или выброшены на помойку все музыкальные приборы «Бычок студии», более того, были утеряны и бесценные катушки с плёнкой. Записи ансамбля остались лишь на разрозненных кассетах, бродивших по рукам малочисленных поклонников (их дозволительно было пересчитать дословно по пальцам). Один из них, Кирилл Охманович, на почве этого фанатства попал в психдом, успев, правда, дать послушать свою кассету с записями Беломорс одному знакомому – известному специалисту в области 3D-графики Алексею Панину, благодаря которому «Реаниматор» услышало туча новых людей.
по виток в истории группы случился
Беломорс был а основан в 1990 году в Москве уборщиком школы №1223(9) Иваном Дмитриевичем Новиковым и военруком той же школы Сергеем Григорьевичем Вьюгиным.