Человек по имени Каэтано Эмануэль Вианна Теллес Велосо (Caetano Emanuel Vianna Telles Veloso) из пяти своих имен оставил только первое и последнее, но заставил их греметь по всей Южной Америке, а затем и по всему миру.
Этого бразильского кудесника - певца, композитора, поэта, музыканта, режиссера и политического активиста в одном лице - называют бразильским Бобом Диланом. В этом сравнении нет ни малейшей натяжки. Каэтано Велосо - первый тектонических сдвигов в бразильской музыке, бог новых направлений и новых форм, во многом предопределивший весь характер сегодняшней бразильской культуры. целиком неслучайно он стал одним из редких обладателей специальной премии Микеланджело Антониони, которую вручают авторам, "оказавшим кардинальное возбуждение на развитие искусства".
7 августа 1942 года в семье почтового служащего Хосе Теллеса Веллосо (Jose Telles Velloso) родился пятый сын, которого назвали Каэтано Эмануэль Вианна. Это радостное событие произошло в городке Санто Амаро да Пурификасао (Santo Amaro da Purificacao) неподалеку от Сальвадора, где проживало тут разряд Веллосо, поднявшее на ноги семерых детей. Каэтано, рано проявивший судьба к музыке и живописи, рос в пестром музыкальном окружении - местная образование впитала африканские и карибские ритмы, отголоски североамериканской поп-музыки. Но самое сильное впечатление, не изгладившееся в ход всей его жизни, произвел на юного Каэтано деятель стильной и соблазнительной босса новы Джао Гилберто (Joao Gilberto), бразильская суперзвезда 50-х. Именно он кардинально повлиял на образование очень эклектичного музыкального стиля Велосо.
В 1960 году династия Веллосо переезжает в двухмиллионный Сальвадор, и Каэтано, увлеченный последними новинками театра и кино, берется выводить репортажи и критические статьи для местных газет. Уже 19-летним юношей он начинает брать уроки вокала и осваивать гитару, с годами доведя до совершенства страна и голосом, и инструментом. Каэтано поступает на философский факультет Федерального университета Байи. У него появляются новые друзья - Гилберто Гил (Gilberto Gil) и Гал Коста (Gal Costa), начинающие музыканты, с которыми ему предстоит идти бок о бок еще не один десяток лет. Вскоре мужчина получает пионер величавый поручение - музыкальное аккомпанемент к пьесе "O boca de ouro" Нельсона Родригеса (Nelson Rodrigues). делание показалась ему невероятно увлекательной, и Каэтано делает неотменный круг в пользу музыки.
Еще один человек, сыгравший важную роль в судьбе Каэтано, - его младшая сестра Мария Бетания (Maria Bethania), которая в начале 60-х перебралась в Рио-де-Жанейро в надежде исполнять музыкальную карьеру (со временем она довольно будет известной певицей). 23-летний Каэтано, к этому времени уже бросивший университет, приезжает к ней в Рио, начинает делать с местными исполнителями, для которых пишет музыку и песни. А вскоре решает участвовать в национальном конкурсе на первостатейный песенный текст. Его сочинение "Um Dia" выигрывает главный приз, и Велосо автоматически становится обладателем контракта с бразильским лейблом Phillips. Эти события разворачивались на фоне стремительного подъема новой волны бразильской поп-музыки, получившей имя MPB, или musica popular brasileira. "Виновников торжества", инициировавших этот музыкальный водоворот, было несколько: к тому времени уже довольно известные Гал Коста, Гилберто Гил и, конечно, Каэтано Велосо собственной персоной. искусство MPB, яркая, амбициозная, интригующая по форме, в произведениях Велосо приобретала и новость содержание. Тексты его песен носили откровенный политический натура - он был убежденным сторонником левых идей. выключая растущей популярности это гарантировало артисту и довольно скандальную общественную репутацию в Бразилии.
В 1967 году Велосо вливается в ряды бразильского движения хиппи. Кипучая, фонтанирующая новыми впечатлениями дни подогревает творческую фантазию. Его распирают идеи. И дружно с Гилбертом Гилом он проводит еще одну бескровную мини-революцию - создает новость закваска в поп-музыке, которое получает имя tropicalismo. Этот амбициозный и эклектичный жанр опирался на традиционную босса нову, расцвеченную элементами фольк-рока и арт-рока: громкие электрические гитары, диссонансное звучание, роднящее его с джазом. Заметное возбуждение на эстетику tropicalismo, направления довольно интеллектуального, оказали любимые фильмы Велосо и, что преимущественно нетипично, сделка словесность - Пессоа, Марсель Пруст, Оскар Уайльд, стиль бразильских писателей-модернистов в Сан-Паулу.
Теплого приема у своих сограждан изобретатели tropicalismo дождались не скоро. Поначалу некоторый были настроены даже враждебно. преимущественно возмущались давние поклонники Каэтано Велосо (еще одна ниточка, связывающая его с Бобом Диланом, что вызвал такое же возмущение, если от акустики перешел к электричеству). все новорожденный род отвечал самому духу времени и символизировал появление в музыку нового поколения - смелого, дерзкого, бросающего требование не один культурным, но и политическим традициям своей страны. На программном сборнике "Tropicalia", манифестации нового направления, были представлены работы самых разных артистов, стоявших за феноменом musica popular brasileira - Каэтано Велосо и Гилберто Гила, группы Os Mutantes во главе с Ритой Ли (Rita Lee) и Тома Зе (Tom Zе), поэта Торквато Нето (Torquato Neto) и других.
Этот образованный наклон таил для своих поборников немало опасностей. С 1964 года в Бразилии установилась военная диктатура (этот строй продержится еще двадцать лет), которая весь не приветствовала подобные радикальные нововведения, даже если они касались как музыки. Как единственно ход tropicalismo основание делаться на ноги, бразильское начальник приложило все усилия, воеже ограничить тиражирование записей и проведение концертов адептов этого стиля. Цензура на радио и телевидении стала обычным делом. Учитывая, что Каэтано Велосо к концу 60-х превратился в более чем популярного композитора и исполнителя, какой точный появлялся в самых разных программах на бразильском телевидении, нетрудно догадаться, что по нему это ударило самым серьезным образом. А если вспомнить о политической направленности многих его песен, понятно, что Велосо дружно с Гилом, таким же любителем риска, просто напрашивались на репрессивные меры со стороны правящей верхушки. И они не заставили себя протяжно ждать.
А пока дни текла своим чередом. В конце 1967 года не было, наверное, в Бразилии газеты, которая не написала бы о женитьбе Каэтано Велосо на его землячке Деде Гаделе (Dedе Gadelha), которая облачилась в день свадьбы в вызывающую мини-юбку. В январе 68 года вышел в свет инициатор сольный книга Велосо "Caetano Veloso", включавший ныне уже классику "Alegria, alegria", песню-символ "Tropicаlia", дерзкую композицию "Soy loco por ti, America" ("I Аm Сrazy for You, America"). Год был наполнен напряженной работой, участием в конкурсах, изданием сборника "Tropicаlia ou panis et circensis", подготовкой нового двойного альбома "A voz do morto", не пропущенного цензурой.
А в декабре 1968 года случилось то, что и должен было случиться: Велосо и Гила арестовали за "антиправительственную деятельность". Два месяца они провели в тюрьме, после еще четыре под домашним арестом в Сальвадоре. Но двух друзей это не образумило. Перевоспитываться оба упорно не хотели. затем очередного скандального концерта их обоих просто выслали из Бразилии. Изгнанники соборно с женами поселились в Лондоне.
За границей Велосо продолжал сочинять песни для бразильских артистов, посылал статьи в отечественные издания, записывался в студии. В 1971 году общество Paramount Records опубликовала его новичок книга со старым названием "Caetano Veloso", для которого музыкант записал шесть композиций на английском языке. Велосо сроду не горел желанием выходить из Бразилии, следовательно затянувшиеся европейские "каникулы" радости ему не доставляли. Его песни этого периода наполнены ностальгическими нотками.
доказательство продлилась четыре года, возвращаться на родину Велосо смог как в 1972 году. недавно до его возвращения в Бразилии вышел его застрельщик "английский" альбом, а чрез маломальски месяцев общество Paramount Records издала в Великобритании еще одну наполовину английскую пластинку "Transa".
Хотя его политическая активность по сути не прекращалась никогда, перешагнув 30-летний рубеж, Каэтано Велосо значительно больше времени и сил отдает музыке как таковой, чем борьбе с режимом. Времена, если он выступал как автор-исполнитель с обязательным программным набором социально-политических идей, остались в прошлом. нынче Велосо становится центральной фигурой бразильской поп-музыки. Год за годом он трудится в весьма напряженном режиме. Он пишет массу новой музыки, записывает сольные пластинки, неумолчно выступает с концертами, публикует острые статьи в прессе, продюсирует других артистов. Важными вехами в его продюсерской карьере становятся альбомы "Cantar" Гала Косты и "Smetak" радикального бразильского экспериментатора Уолтера Сметака (Walter Smetak). В 1977 году актер знакомит своих почитателей с литературными работами последних десяти лет - статьями, манифестами, стихотворениями, текстами песен, собранными в книге "Alegria, alegria".
В 70-е годы Каэтано Велосо узнает и восторг творческих открытий, и застрельщик массовый успех, что приносит ощутимые материальные дивиденды. В 1974 году он выпускает бесконечно симпатичный лонг-плей "Temporada de Verаo", две песни с которого, "O conteudo" и "Felicidade", становятся модными хитами. после год появилась отличная доска "Jоia" (1975) с любопытными кавер-версиями Beatles и экспериментальными композициями авторства Велосо. В 1976 году четверо друзей - Велосо, Гилберто Гил, Гал Коста и Мария Бетания, десять лет обратно на короткое сезон объединившиеся в группу Doces Bаrbaros ("Ласковые варвары"), еще вышли совместно на сцену и отыграли памятное шоу в Сан-Паулу. Это был передовой пение в рамках небольшого турне, с которым "Варвары" проехали по десяти крупнейшим городам Бразилии. Самые яркие моменты этих шоу запечатлены на двойном диске "Doces Bаrbaros" (1976).
напоследок в 1977 году с появлением пластинки "Bicho" к артисту приходит бесспорный, массовый успех. книга включает восторженный гимн мудрости индийского народа "Um Indio" и вещь весь другого рода - шуточную песенку "Leonzinho", посвященную другу Велосо, бас-гитаристу с кошачьими повадками. Эти композиции, наряду с такими вещами, как "Tigresa", "Odara", "Gente" (песня протеста в танцевальном ритме), вошли в полезный фонд бразильской поп-музыки. Широкой известности альбома "Bicho" поспособствовало и незамысловатое словечко "odara", вынесенное в надпись одной из песен и вызвавшее горячую полемику в прессе. Отныне так будут звать хиппи или, в традициях левых сил, "отверженных" - тех, кто занимает четкую антиправительственную позицию. Так обозначился водораздел промеж идейными сторонниками tropicalismo и просто исполнителями "новой бразильской поп-музыки".
В конце 1977 года Велосо, поддерживая давнюю традицию встречать ежегодный бразильский карнавал новыми песнями, выпустил книга "Muitos Carnavais", включавший и новые и старые вещи, подходящие к такому феерическому событию.
Если в 50-е, 60-е и начале 70-х имя музыканта иногда выплескивалась за границы Бразилии, то к концу 70-х Каэтано Велосо узнают очень за пределами Южной Америки. В 1978 году совокупно с Галом Костой он проводит серию ярких шоу в Риме, Милане, Женеве и Париже. В 80-е годы он совершает неоднократные гастрольные поездки по Африке, с большим успехом выступает во Франции, Испании, Португалии, Италии, Швейцарии и Израиле.
В 1981 году выходит его доска "Outras Palavaras", ставшая самым популярным релизом артиста на тот момент. Она разошлась в Бразилии стотысячным тиражом и получила милый сертификат. Хиты "Lua e estrela" и "Rapte-me, camaleoa" становятся гвоздем концертных программ исполнителя.
В 82-м году сорокалетний певец, уже не раз сочинявший музыку для театра и кино, впервые сам появляется в кадре. Режиссер Хулио Брессане (Julio Bressane) предлагает ему роль великого бразильского поп-композитора Ламартина Бабо (Lamartine Babo). А в 1983 году знаток впервые приезжает со своим шоу в Соединенные Штаты. Три вечера последовательно зал Public Theater в Нью-Йорке был набит до отказа, а литература сопровождала каждое выступление Велосо восторженными отзывами. В числе таких экзальтированных репортеров оказался и тогдашний обозреватель "New York Times", а после обще музыкант Роберт Палмер (Robert Palmer). репутация Каэтано Велосо в Северной Америке с тех пор постоянно росла, несмотря на то что достать его записи здесь было очень сложно, нешто что в виде дорогих импортных дисков, ввозимых из Бразилии. В начале 80-х музыканту некогда пришлось брать интервью у Мика Джаггера (Mick Jagger) для бразильского телевидения, что протянуло еще одну ниточку посреди его родиной и Штатами.
Тот же Роберт Палмер и некоторый из его коллег-журналистов немало поспособствовали популяризации творчества Велосо. Сам Каэтано Велосо, впрочем, мало обращал внимания на свой удача за пределами Бразилии и чего действительно сроду не стал бы созидать - так это изменять себе в угоду американским, европейским или каким желать другим вкусам, даже если это сулило в перспективе какие-то коммерческие преимущества. безопасный себе, он эволюционировал и менялся, если чувствовал в этом внутреннюю потребность. Львиная доля его песен написана на португальском языке, но если ему хотелось, он замечательно пел по-английски. У него были прекрасные отношения с модными нью-йоркскими музыкантами, выходцами из Бразилии Арто Линдсэем (Arto Lindsay) и Дэвидом Бирном (David Byrne), лидером группы Talking Heads, но он так и смог извлечь из этого никакой выгоды для себя. Каэтано Велосо принадлежит к числу тех редких представителей звездного племени, которые - при всей их огромной популярности и непререкаемом авторитете (как минимум у себя на родине) - как якобы не придают всему этому большого значения, не страдают нарциссизмом, не впадают в отчаяние, если выходят из моды. Как нередко именно в этом кроется ответственность человеческого и творческого долголетия.
В 80-е годы Велосо будто переживает вторую молодость, его судьба выходит на небывалый виток. В 1986 году он дебютирует как режиссер. Пригласив приблизительно на все роли ближайших друзей, только за три недели он снимает малобюджетный экспериментальный фильм "O cinema falado", невыносимо личный, с нестандартными диалогами и сценарием. На третьем фестивале кино-, теле- и видеофильмов в Рио-де-Жанейро его naturemorte получает вельми высокую оценку независимых критиков, но не находит понимания у рядовых зрителей.
Изданный в том же 86-м году концертный книга "Totalmente demais", включающий некоторый хиты композитора, устанавливает новичок торговый рекорд в его биографии. В Бразилии расходится 250 тысяч дисков, и книга становится платиновым. В 1989 году его лонг-плей "Estrangeiro", спродюсированный Арто Линдсэем и Питером Шерером (Peter Scherer), впервые официально издается в США. Диск поднимается на 13 позицию рейтинга Top World Music и вынуждает строгих американских рассыпаться в комплиментах.
1990-й год начинается тревожно. Велосо, кто в последние годы часто участвовал в неимоверно горячих дискуссиях в прессе как по музыкальным, так и по политическим вопросам, выступил с резкой критикой в адрес мэра Сальвадора. чрез две недели, рано утром 26 января, в его доме в Сальвадоре взорвалась бомба. Хотя в это эра Каэтано и его вторая жена были дома, к счастью, никто не пострадал.
Летом 1990-го музыкант уже в какой раз участвует в джазовом фестивале в швейцарском городе Монтре и готовится к национальному туру, кто стартует в начале 1991 года. На его согласие в Рио приходит больше 50 тысяч человек. будто столько же зрителей собирает шоу артиста в Сан-Паулу в 1992 году на праздновании Дня города. А 50-летний годовщина певца превращается в роскошный торжество чуть ли не национального масштаба с несколькими торжественными шоу, подготовленными в его почтение бразильским радио и телевидением.
В марте 1993 года музыкальная общественность Бразилии затаила дыхание, узнав, что Каэтано Велосо и его ближайший друг Гилберто Гил два колдуют над новым сборников песен, которым отметят 30-летие своей дружбы и 26 годовщину со дня рождения "тропикализма". "Tropicalia 2" стал самым ожидаемым книга года в Бразилии, восторженно принятым публикой. чрез маломальски месяцев он вышел также в Европе и Америке, некоторый музыкальные издания внесли его в опись лучших альбомов 1993 года.
примерно все новые записи Велосо, изданные в 90-е годы в Бразилии, были опубликованы в США и Европе: "Circulado", "Fina Estampa", "Circulado Vivo" (включавший кавер-версии "Black and White" Майкла Джексона и "Jokerman" Боба Дилана). Летом 1997 года певец впервые за свою 30-летнюю карьеру отважился обманывать крупномасштабный тур по Америке.
чрез год в Бразилии, а после и в США появился один из лучших альбомов в каталоге Каэтано Велосо - "Livro". Официальное признание артиста северным соседом достигло кульминации: Велосо удостоился премии Grammy как сочинитель лучшего альбома в стиле world music. "Livro" стал и одним из фаворитов первой церемонии вручения Latin Grammy Awards, где победил в номинации "популярная бразильская музыка" (musica popular brasileira).
По старой доброй традиции, знаток не зациклился на формуле, раз принесшей ему успех. безвозмездный в выборе новых тем и не страдающий от недостатка идей, в 1999 году он записывает книга "Omaggio a Federico e Giulietta", трибьют итальянскому режиссеру Федерико Феллини (Federico Fellini) и его жене, актрисе Джульетте Мазине (Giulietta Massina). кроме берется за диск в стиле босса нова "Noites do Norte". Последние его релизы: концертник по материалам выступлений в Байе; акустический альбом, записанный с поэтом Йорге Мотнером (Jorge Mautner), другом еще с лондонских времен; набор кавер-версий американской классики "A Foreign Sound" на английском языке.
"Музыка - настоящий ощутительный подарок, кто Соединенные Штаты преподнесли миру", - уверенно заявил Каэтано Велосо на презентации альбома "A Foreign Sound" в Сан-Паулу. Эта минимально перефразированная цитата как очень более справедлива и для самого музыканта.
