Из всех африканских музыкантов Fela Kuti, наверное, наименее нуждается в представлении. Пятьдесят альбомов за пятьдесят лет и его потный, обнаженный по пояс торс стали блистательной отправной точкой как для нигерийских низов, так и для политических з
Его карьера, измеряющаяся тремя десятилетиями, неизменно прерывалась насилием правительства в отношении его музыкантов, его семьи, и него лично. На его записи точный накладывались запреты, необычное чум его огромной семьи, самобытная Республика Калакута (Kalakuta Republic) была разорена, его мать убита, сам он был избит и заключен в тюрьму. все он боролся с коррупцией, жестокостью, и обычной бесчеловечностью сменявших друг друга режимов, по иронии судьбы, его не стало за год до крушения, возможно, наихудшего из них - африканского рейха Абачи.
Фела Аникулапо Рэнсом-Кути (Fela Anikulapo Ransome-Kuti) родился в именитой семье йоруба в городе Абеокута севернее Лагоса. Этот житель был основан англичанами в начале XIX века для освобожденных рабов. Там жил лауреат Нобелевской премии, поэт Воле Сойинке (Wole Soyinke), это должность за было рассадником творчества и радикализма. В семье Рэнсомов рождались как люди антиколониалистской, националистической направленности, так и музыкальные таланты. Дедушка Фелы был признанным композитором, его отец - пастор-пианист, а мать - националистический лидер. В конце пятидесятых Фела на четыре года перебрался в Лондон, где в Тринити-Колледже обучался игре на трубе и теории музыки. Там в 1961 году коллективно со своим другом и учителем по имени Джей-Кей Брайма (JK Braimah) он организует коллектив Koola Lobitos.
По возвращению восвояси в 1961 году, он вскоре попадает под обаяние исполнителя в стиле soul из Сьерра-Леоне Джеральдо Пино (Geraldo Pino), похожего в свою очередь на Джеймса Брауна. Фела совместил новшества этого стиля с элементами highlife, традиционной музыкой и назвал свой звук “афро-битом”.
В 1969 году он переехал в США, где познакомился с афро-американской историей. В то эра им двигали его отношения с Черными Пантерами. Нигерия тутто страдала от политической нестабильности и разномастных военных руководителей. хором с ухудшением бедственного положения низших слоев общества в Нигерии, в музыке Фелы оттачиваются и заостряются революционные элементы. Он записывает ряд синглов, позже собранных дружно и выпущенных под названием “Los Angeles sessions”.
За этим последовала страда в Лондоне, перемена имя ансамбля - “Africa-70”, раскрутка которого проходила тяжело (позже к этому периоду применят имя Fela’s London Scene). после в 1972 был промежуток настоящего успеха, если вышли порядочно ставших классическими произведений в стиле афро-бита. тут он безжалостно атаковал, отметившись во всех темах - от военных правительств до отбеливания кожи, от дорожного движения в Лагосе до ареста, но более всего, он выступал против социально-экономической системы, которая выражалась в такой угнетающей бедности. Его усилия не остались незамеченными. Семидесятые характеризовались для него чрезвычайным вниманием и насилием со стороны полиции, конфликтами с международными звукозаписывающими компаниями, беспричинно принятым решением избавляться в ссылку в Гану, и несмотря на все это, растущим международным признанием.
Афро-бит возник как мощная музыкальная сила благодаря фантастическому перкуссионисту Тони Аллену, отменным басовым партиям, вокалу в стиле вопроса-ответа, хору на подпевках, состоявшем из двадцати замечательных танцовщиц и, конечно, самому Феле, какой по очереди играл на тенор-саксофоне, альт-саксофоне и клавишных. Достигнув ослепительной, бурной кульминации афро-бит занял свою нишу на переполненном музыкальном рынке Лагоса, снова и сызнова становясь бестселлером.
В 1985 году военное начальник схватило Фелу по подстроенному делу о подделке валюты, приговорив его к пятилетнему тюремному сроку. Но международный ответ и сильный ответ внутри самой Нигерии были такими, что в 1987 его освободили - ослабленным, но непокоренным. К концу десятилетия он с успехом выпустил такие хиты как “Army arrangement” (“Армейский порядок” - колющее оговор в коррупции армейских чиновников времен режима Обасанджо), “Beasts of no nation” (“Звери без племени” - тема, бичевавшая реакционный консерватизм Рейгана в США, Тетчер в Великобритании и Боты в ЮАР), и обвинение, применимое ко всем без исключения нигерийским правительствам, под названием “Which head never steal?” (“Чье руководство отроду не ворует?”)
В сопровождении своего состоящего из болтливый индивид ансамбля, нынче Фела известен под названием Egypt-80. Он был звездой, с которым было за трудно вмещать дело. Его обвиняли в расизме, сумасбродном сексизме, самонадеянном эгоизме - на все обвинения он лишь пожимал плечами и сносный не опровергал. (В 1986 году он развелся со своими 28 женами, заявив: “Ни один невежа не имеет права обладать женской п****й”). Его песни, спетые на пиджин-инглише, сохранили свою приятность благодаря их юмору и острому языку. Но его искусство сроду не была ориентирована на танцплощадки, а длинные полемические рассуждения на сцене, препирательства с завороженной публикой в сигаретном дыму, стали легендарными.
долгоденствие Фелы, полная противостояния, тяжелых условий и личного осуждения достигла своего пика, и если в 1987 он впал в кому, сваленный СПИДом, могила наступил быстро. если его хоронили, Лагос замер. Фела остается действительно замечательным свидетелем реальностей постколониальной Африки. Не было такой системы, которая могла бы побеждать его сопротивление, не было такой силы, которая разорвала бы его сцепление с народом и не довольно такого историка, что сможет побороть силой его истинную репутацию на континенте.
В то эпоха пока Фела находился в тюрьме, его ансамблями руководил его сын - Феми. немедленно Феми Кути (Femi Kuti) начал свою собственную карьеру, избегая тени отца. Там, где отец говорил напыщенно и полемично, сын менее язвителен, он большой музыкант, именно как музыкант. И даже если у него не довольно великовозрастный голос, его положительный заряд является самым подходящим дополнением к непреодолимой политической осведомленности отца. книга 1998 года “Shoki shoki” и гастрольные туры указывают на большой уклон в сторону танцплощадок.
Из всех африканских музыкантов Fela Kuti, наверное, наименее нуждается в представлении. Пятьдесят альбомов за пятьдесят лет и его потный, обнаженный по пояс торс стали блистательной отправной точкой как для нигерийских низов, так и для политических з