В XIX веке Вена была музыкальной столицей мира, композиторским Олимпом. Тот, кто хотел стать большим композитором, должен был покорить Вену - непременно! Когда Брамс приехал туда, Вена принадлежала Вагнеру: он царил там, на самой вершине, и отдавать свой трон и звание первого композитора мира никому не собирался... Брамс был талантлив, и это было столь очевидно, что мощная партия приверженцев Вагнера решила уничтожить молодого композитора во что бы то ни стало и совершенно не стеснялась в средствах. Симфонии Брамса в газетах Именовались исключительно "омерзительной, безвкусной, до глубины души лживой и сумасбродной стряпней"... Надо сказать, что незадолго до Брамса точно таким же образом боролись с Ференцем Листом: по отзывам преданных Вагнеру венских рецензентов, не было на свете бездарнее композитора, чем Лист. Зато когда появился Брамс, выяснилось, что есть кое-кто и похуже Листа:"В одном единственном ударе тарелок в любом произведении Листа больше души и чувства, чем во всех трех симфониях Брамса с его серенадами", - писали теперь газеты. Несмотря на это, 29-летний Брамс был назначен руководителем Венской певческой капеллы. - Пусть себе пишут, раз больше ничего не умеют, - добродушно отзывался о газетчиках Брамс. - Надо же и им чем-то зарабатывать...
