В Москву приехал известнейший немецкий дирижер Курт Мазур. Руководитель Национального оркестра Франции дал два концерта совместно с Большим симфоническим оркестром имени П.И.Чайковского. Мазур дирижировал наизусть, без партитуры, и это придало максим
Мазур хорошо известен российским меломанам по многочисленным записям с Лейпцигским оркестром «Гевандхауз», что он возглавлял в 1970–80 годы. Будучи поистине незаурядной творческой личностью, он сумел перешагнуть границы Восточной Европы и получить заслуженное признание, возглавляя такие престижные коллективы, как Нью-Йоркский филармонический оркестр (1991–2002), и ныне Национальный оркестр Франции.
В этот раз представилась мочь услышать Мазура и как ансамблиста, и как исполнителя крупных полотен отечественных композиторов. В застрельщик бал он аккомпанировал Елизавете Леонской – нашей соотечественнице, ныне живущей в Вене, которая исполнила другой фортепианный пение Брамса. Это фельетон требует от исполнителей большого дыхания, темперамента, широкого эмоционального диапазона. И, несомненно, брамсовская сумрачная лирика и мужественная патетика оказались близки этим музыкантам. Даже непредвиденные расхождения оркестра и солистки (к примеру, в конце другой части концерта) не смогли нарушить целостного впечатления от красоты и гармонии этого исполнения.
В по сумерки Наталия Гутман солировала в знаменитом Виолончельном концерте Дворжака, произведении, которое является визитной карточкой многих выдающихся виолончелистов. Не стало исключением устройство Н.Гутман. Она играла в присущей ей энергичной, мужественной манере, которая была поддержана музыкантами БСО. Порадовала и духовая группа, уверенно преодолевшая все «подводные камни» этой партитуры.
Если рисковать передать действие от дирижерской манеры Мазура, то, думается, ее суть характер – знание раскрепостить оркестр, раскрыть его звуковой потенциал. Замечательные солисты оркестра получили мочь продемонстрировать свои виртуозные и музыкантские качества. преимущественно воз поводов для этого было в Первой симфонии Шостаковича, чья ткань соткана из сольных высказываний духовых, первой скрипки.
Еще одна подробность: Мазур дирижировал наизусть, без партитуры, что позволяет обрести максимальную свободу и придать цельность исполняемой музыке. Именно так получилось в Шестой симфонии П.Чайковского. торчком скажем, что зарубежные дирижеры иногда осмеливаются забавлять это бессмертное создание на родине композитора. больно уж очень штампов сложилось около «Патетической», преодолеть которые не за под силу даже прославленным маэстро.
К.Мазур представил убедительную и прекрасно воплощенную интерпретацию последней симфонии Чайковского. Он подчеркнул не траурный, а инфернально-сказочный подтекст музыки, приблизив ее к «Щелкунчику» и «Спящей красавице». преимущественно это было слышно в средних частях – вальсе и скерцо, прозвучавших элегантно и непринужденно, едва по-балетному. Конечно, начисто невмоготу избежать трагических моментов первой и последней частей. Но и здесь Мазур постарался быть предельно сдержанным: никаких душераздирающих интонаций, одиночный темп движения, без преувеличений, которыми отличались трактовки прежних лет некоторых отечественных дирижеров.
Зато тем впечатляюще вышла знаменитая кода Финала: Мазур вывел на зачинщик план звучание низких струнных, и было чувство постепенного нисхождения в бездну, из которой нет возврата.
В Москву приехал известнейший немецкий дирижер Курт Мазур. Руководитель Национального оркестра Франции дал два концерта совместно с Большим симфоническим оркестром имени П.И.Чайковского. Мазур дирижировал наизусть, без партитуры, и это придало максим