Питер Гэбриэл родился 13 Февраля 1950 года, в тот же день, что и Стиви Уандер, но, в отличие от последнего, гениальным в подростковом возрасте не считался. Ему нравился негритянский соул в исполнении Отиса Реддинга и Джеймса Брауна, и Питер часто пыт
В костюме с крыльями нетопыря, в белой маске старика, с головой, превращенной в редкостный цветок или лисью морду, он за чаровал идеями, напряжением и вкусом. На выступлении в лондонском театре "Друри Лейн" он изображал висельника, а в Париже поставил накануне микрофоном своего двойника-куклу, но ни в одной маске не оставался чересчур протяжно и не переступал порога меры. Анкетное гегемония Genesis в 1974-5 годах в категории "живых" выступлений было загодя только заслугой Гэбриэла.
Его уход в сентябре 1975 года в приблизительно десятилетнего пребывания в Genesis большая параграф поклонников не осмыслила даже в разъяснений Питера, как не было понято и прежнее его благо аудитории освистывать его на концертах.
"Машина, которую мы поставили своим помощником, для она служила нашим песням, стала нашим хозяином, а успехом, которого добивались, мы оказались замкнуты". Гэбриэл признался, что на публику и диски стал смотреть, как на деньги, а это отдалило его от людей.
И все более поздние высказывания Гэбриэла могли бы причинять иллюстрацией к судьбе многих групп.
"В группу было вложено столько людей и столько денег, что уже стало риском рисковать что-либо изменить".
"У меня появилось ощущение, что я выстроил дом и сдаю его внаем. А для меня много интереснее быть строителем, чем домовладельцем".
"В Genesis все было подогнано к тому, воеже быть так, как есть. Я хотел и потребовал перемен".
Его положение и приказ к проблеме отразились и в песнях. высший момент "Salisbury Hill" представляет нам орла в ветряной ночи, летящего над освещенным городом, раздумывающего, к чему пришла его жизнь, оценивающего "те связи, что мог бы разорвать. //Чувствовал себя составной частью той сцены//И аккуратно выпал из той машины.
Напевная смелость "Salisbury Hill", как бы подтекстовая веселье освобождения от "механики" помогли этой записи альбомного дебюта "Peter Gabriel" хорошо проявить себя и в качестве сингла. весь искусство только альбома более, чем тексты, обнаруживала одинаковость с "Lamb Lies Down On Broadway", последней ролью Гэбриэла в Genesis, встарь только агрессивным настроением, а также зрелой и многозначной образностью. (Ко всему заметим, что на "Агнце" Гэбриэл проявил себя больше, чем на любом другом диске группы).
книга "Peter Gabriel" записывался в Торонто с продюсером Бобом Эзрином, что делил победа с Элисом Купером и Лу Ридом. Гэбриэл Эзрином отроду не восхищался, впрочем, как и Эзрин был равнодушен к музыке Genesis. Студийные исполнители, которых привлек Эзрин, без разговоров делали свое дело, а звукорежиссер итальянского происхождения из Чикаго не переставал ворчать: это соло не так, здесь чересчур затянуто, там вполне ужасно и т.п. Гэбриэлу, в Genesis привыкшему к английскому способу записи, авторскому диктату, пришлось привыкать с новыми обстоятельствами. В конце концов на веселье Эзрину он сократил "Salisbury Hill" с семи частей, как прежде сочинил, до двух.
предварительно записью альбома планировалось снабдить тексты Гэбриэла музыкой Мартина Халла, но Питер, вклад которого в музыку Genesis был всего частичным и не за значительным, тем не менее довел свою авторскую волю здесь приблизительно до абсолюта. От исходного проекта осталось всего помощь Халла над песней "Excuse Me". Гэбриэл чередовал настроения, дабы песни не звучали просто как упражнения в жанре: ни Брюс Спрингстин (Humdrum), ни Рэнди Ньюмен (Waiting for the Big One), на которых Гэбриэл в этих песнях пытался быть похожим и голосом, были для его песен, истекающих из духа обоих американских песенников, не более чем указателем к фатальный прямолинейности.
В то век как постгэбриэловский книга Genesis "A Trick of the Tail" был в 1976 году в анкете Melody Maker признан лучшим, начало Гэбриэла добился меньшего признания. И восторженные когда-то поклонники на эпоха утратили энтузиазм... единственно Гэбриэл оставался спокойным, одинаково чуждым имиджу "звезды" и позиции "антизвезды". Панк-рок ему не нравился, что Питер и не скрывал.
"Вы должны принять к сведению, что на свете есть дождь жестокости и страха, и вы должны чувствовать на них и противостоять им", - сказал он некогда и часто подтверждал свою позицию. Фундаментом ее были не сетования на несправедливость, а аналитический подход к жизни. Восхищался Брайеном Ино, кто "...имеет базу художественной школы, где его учили во всем сомневаться, а он все решил терпеть сам". На мир западной цивилизации Питер смотрит теми же глазами, что и Talking Heads, Pink Floyd, Joy Division, Дэвид Боуи, Gang of Four или Kraftwerk, все в его позиции были особенности. Вряд ли он стал бы ополчаться против системы английского просвещения, как это сделали Pink Floyd на The Wall, оно и так уже печально известно. Гэбриэл смотрит глубже. "Я хотел бы зреть общество, где люди начали бы анализировать структуры, которые им навязывает тактика их жизни. Общество, где люди могли бы менять работу, не рискуя своей безопасностью, где имели бы мочь начинать разными путями".
В песне "Mother of Violence" с альбома "Peter Gabriel (2)" под деликатное аккомпанемент акустических гитар и клавира Гэбриэл поет:
боязнь - это мать насилия.
Вы безотлагательно понимаете,
Что один одно осталось - самозащита.
Становится трудно дышать,
Становится так трудно верить,
по во что бы то ни было.
Хотя этот лонгплей не содержал ни одного хита типа "Salisbury Hill", с продюсером и гитаристом Робертом Фриппом Гэбриэл вдругорядь продвинулся по дороге полного самовыражения. И как же она извилиста! Собирался исполнять надувной театр, где от самого входа безделица не было бы от реальной жизни. Хотел снять "Агнца". Хотел быть как Феллини. Отрекся от шоу в пользу слова. И следующие пятьдесят лет собирался посвятить учебе.
Оба первых альбома показали, что безудержная мечта Гэбриэла лучше только проявляется в ограниченных временем коротких песнях, где диктату совместных музыкально-текстовых образов подчинены все инструменты. И что ни песня, то второй стиль. Никакого звука Гэбриэла не существует.
И как Гэбриэл не терпел в Genesis продолжительных симфонических композиций, так не взял он в свою новую сценическую содержание ни одной из прежних масок и костюмов.
Его концерты поры конца 70-х начинались музыкой Supertramp. При полном свете. кроме искусство приостанавливается, затем минуты тишины начинается вновь и свет понемногу гаснет. Осветители бродят с ручными фонарями по сцене. Лучи света выхватывают лица из толпы зрителей. если рефлекторы приближаются к краю сцены, они светят в лица тех, у кого они в руках. Это не осветители - но сами музыканты. между них Питер Гэбриэл. На маленькой сцене, между флюоресцирующих ламп и стояков рефлекторов, он начинает петь. Гэбриэл острижен, без грима, в белых или черных, нормально пошитых брюках и куртке.
приказ публики к певцу задано уже его приходом, его позволительно коснуться, кивнуть ему. Его не обожествляют - просто принимают. А если кто-нибудь из аудитории обращается к нему, Питер не пропускает мимо ушей, отвечает без натужного юмора.
Большей частью при пении он стоит у микрофона, но его естественность и оригинальность проявляются и в пробежках, прыжках, позах. Каждую песню проживает на сцене. Как нет у него правил в аранжировке, так нет одной маски для исполнения медленной или быстрой песни. Те, кто видел его, утверждают, что в моменты исполнения песнь становится понятнее.
Альбом, какой на счету Гэбриэла оказался третьим, хотел бы долг каждый, у кого нашлись бы храбрость и судьба для темы: этот мир и мое округ в нем. Причем Гэбриэлу, одержимому деталями и за пытающемуся отработать скольконибудь вариантов, это исполнять много тяжелее, чем любому другому сочинителю.
Продюсер Стив Лиллиуайт в работе проявил высокую квалификацию и сделал со своей стороны все, для книга удался. Диск записывался прежде в Англии, в Лондоне и в домашней студии Гэбриэла. между гостей была Кейт Буш, между гитаристов близко с Робертом Фриппом - Пол Уэллер из группы Jam, между ударников - Фил Коллинз.
Трудно сказать, что этот книга лучше двух предыдущих, хотя в этом настойчиво убеждали рецензии, анкеты и, главное, тиражи продажи. Дело в другом. Вкус, возбужденность, изобретательность и неутомимость Гэбриэла делали следствие выдающимся в любом случае. Скорее, диск "Peter Gabriel (3)" просто был рассчитан на более широкого слушателя, и его искусство быстрее воспринималась современным, но внимательным дилетантом, чем правоверным поклонником рока: на альбоме в целом и в каждой его песне больше перемен, чем обычно в важность музыке.
Выпущенная синглом "Games Without Frontiers" стала затем "Salisbury Hill" самой популярной на радио записью Гэбриэла, начинаясь как техничное рафинированное диско образца Дэвида Боуи и переходя моментально же - не единственно в тексте, но и в звучащем издевательски вокале - в саркастическое изображение детских игр взрослых людей с определенным намеком на британское телевидение.
"Family Snapshot" - собственно момент смерти Джона Кеннеди, увиденный посредством прицел снайперского ружья. Она начинается простейшими аккордами клавишных и, хотя искусство крепнет и усиливается, глас продолжает ею управлять. В нижнем и среднем регистре Гэбриэл поет с напряжением, которого британские рокеры добиваются лишь в верхнем (в 1980 году, нарушив пятилетнюю гегемонию Роберта Планта и Джона Андерсона, в анкете Melody Maker он стал первым вокалистом). Сверкают интонационные оттенки; нельзя описать ту винегрет отчаявшегося самоупоения и ничтожности, которыми наполнены последние строчки: "Теперь я прицелюсь и выстрелю в свет".
Одна песнь за подобный заслуживают детального разбора, вплоть до заключительной "Biko", посвященной негритянскому вождю Стефену Бико, гибель которого от рук южноафриканской полиции уже вдохновляла Тома Пакстона и фильм с Сиднеем Портером. И до заключительных слов: "Можете потушить свечи, но не огонь" звук и искусство Гэбриэла звучат многим богаче, чем романтические признания. печаль песни происходит из печали погребальной церемонии, нарядность переплетается с состраданием. И это было выражением скромной, тревожной, ни в едином слоге не приукрашенной надежды Гэбриэла.
Этот книга и следующее музыкальное развитие Питера обозначили все более укрепляющиеся контакты с минималистами. Выпущенные им замечательные альбомы, опричь исконно роковых корней, обнаружили много иных влияний, главным образом из периферийной для классической и несчастный культур областей. Богатую пищу для фантазии Гэбриэла дал пир "Мир музыки и танца", какой состоялся в июле 1981 года близ Бата. На нем близко с коллективом барабанщиков из Бурунди и китайскими танцовщицами выступали роковые группы и исполнители - The Beat, Роберт Фрипп, Echo & the Bunnymen, Simple Minds и другие. Гэбриэл, один из организаторов фестиваля, выступил на нем со своими новыми произведениями. вкупе с его группой сопровождения на сцене были ударники из Ганы. следствие был приятным, но большого впечатления не произвел.
А в октябре 1982 года состоялось его совместное с Genesis выступление, на котором собралось 60 тысяч зрителей. В составе Genesis были Бэнкс, Коллинз и Резерфорд совокупно с обычно помогающими им на концертах ударником Честером Томпсоном и гитаристом Дэрилом Стермером. Гэбриэл выступал как в добрые старые времена, с масками и флейтой. В программе были старые вещи ("The Musical Box", "Lamb Lies Down on Broadway", "Selling England by the Pound"), а также "Salisbury Hill" Гэбриэла и "Turn It On Again" из позднего репертуара Genesis, во эпоха исполнения которой произошла перемена ролей - Питер сел за ударную установку, а Коллинз стал к микрофону вокалиста. Приятной неожиданностью оказалось приход на сцене в конце вечера Стива Хаккетта, какой не играл с ансамблем с 1977 года. действие было хорошим, свою роль сыграло видимое доброжелательное приказ среди организаторами акции. В кулуарах говорили, что Genesis предлагали Гэбриэлу покрыть его долги от упомянутого фестиваля, но Питер отказался, и тутто его пригласили для участия в совместном концерте.
книга "Peter Gabriel (4)" был выпущен в едва двухлетнего перерыва. Гэбриэл записал его в своей домашней студии близ Бата; в работе над диском принимали покровительство ударник Джерри Маротта, басист Тони Левин, музыкант Дэвид Роудз и на муге - Ларри Фест, большей частью исполнители, с которыми Питер сотрудничал с первого своего диска.
Этот очень тесный и лаконичный лонгплей вызвал заметную растерянность между рецензентов и обозревателей, которые в основном в самых общих словах в дежурный раз подтвердили оригинальность Гэбриэла. Самой прямолинейной и самой действенной оказалась вступительная "Rhythm Of The Heat": красные скалы и красная пыль, земля, пропитанная солнцем и кровью, земля, где ритм являет собой универсальную движущую силу, удивительным образом влияет на певца и заставляет его ссориться все связи с цивилизацией. Ритмическая грань в этой песне проявилась двояко: легкое постукивание в начале песни создает иллюзию колеблющегося воздуха, тут как в финале ганские бубны наполняют звучание непреодолимым напором. Этот конец давал понять, что в экзотических музыкальных культурах существуют силы, которые неизвестны в европейских традициях. Задним числом Гэбриэл в Melody Maker объяснял, что идея этой песни у него возникла в прочтения мемуаров известного швейцарского психолога Карла Янга. Тот описывал встречу с одним племенем в Судане, если на ритуальных плясках около огня в сопровождении бубнов он начал утрачивать контроль, испугался и дал музыкантам денег, воеже те закончили игру и шли по домам.
Экзотическая воздух веет из каждого такта лонгплея. В композиции "The Family and the Fishing Net" доминируют густые испарения природных страстей, где свадебный план разворачивается с ужасающей чопорностью судебного процесса, причем в последней фразе слышен стук падающей гильотины. Непривычные гармонии обнаруживают здесь эфиопские влияния, а тема взята из ранних произведений Дилана Томаса. В "San Jacinto" слышен в циклических структурах звенящий металлом регистр синтезатора CMI, какой напоминает индонезийский гамелан. книга общий представлял собой натурщик выполненного со вкусом и мерой компьютерного подхода, где капитальный вес звучания приходится на синтезаторы. дружно с широкодиапазонным "Firelight" CMI Гэбриэл использовал ударный компьютер Linn и полифонический Prophet. Но в целом диску "Peter Gabriel (4)" явно не хватало свежести предыдущих альбомов.
много больше удовлетворил слушателей "живой" подобный "Plays Live", составленный из материала всех предыдущих пластинок - здесь стилистическое единство, звуковая чистота и компактность были просто захватывающими. Из предыдущих сингловых хитов здесь не хватало как песни "Games Without Frontiers" - зато были все остальные, включая семиминутную версию американского боевика "Shock the Monkey".
Где-то в то же период Гэбриэл объявился как певец, музыкант, соавтор и сопродюсер диска "Mister Heartbreak" Лори Андерсон. Этот факт в карьере артиста оказался скорее случайностью - обычно он отвергает совет о продюсировании дисков, отговариваясь тем, что "это дело требует от меня энергии, которой хватило бы на работа собственного альбома", и добавляет, что он "не Фил Коллинз, что способен быть продюсером у трех или четырех групп с перерывом на чашку кофе".
Следующего лонгплея Гэбриэла поклонники ждали без малого четыре года. (Разъясняя позже причину столь длительных перерывов в своей работе, он говорил: "Некоторые писатели работают над своими книгами по семь-восемь лет, другим хватает 7-8 дней. Все зависит от того, что вы собираетесь исполнять и насколько детально. При быстрой работе за приходится чем-то поступаться". И в подобный раз: "В роке я придерживаюсь черепашьей тактики. Нас таких несколько. Исполнители вроде Кейт Буш и меня верят в то, что звукозапись - дело, на которое не жалко времени, и на одну пластинку у нас почасту уходит два-три года"). В промежутке вышел саундтрек "Birdy" к фильму Алана Паркера "Птаха". Для Гэбриэла это должность было непривычным, но дело облегчалось тем, что режиссер имел ясное воззрение о выборе музыкальных мотивов из старых записей артиста. В результате слушатели смогли познакомиться с новыми инструментальными версиями композиций "Not One of Us", "Family Snapshot", "Wallflower", "The Rhythm of the Heat" и "San Jacinto". Диск был интересен загодя только тем, что представлял Гэбриэла с маломальски иной стороны, высвечивал его способности композитора, создавал атмосферу чисто музыкального прогресса. Особенного интереса заслуживала игра Гэбриэла на флейте и бессловесная вокальная партия. Сам музыкант совершенно почтительно отзывался об этом диске без его связи с фильмом.
Долгожданный книга "So" отличался от предыдущих уже тем, что имел свое название. Появились новые имена - уже на звуковой дорожке "Birdy" с Гэбриэлом сотрудничал юный способный музыкант и продюсер Даниэль Лануа, проявивший себя отличной совместной с Брайеном Ино работой над альбомом "Unforgettable Fire группы" U2.
Американский музыкальный книга Billboard в рецензии на диск выказал мысль, что тот является таким же верстовым столбом в творчестве Гэбриэла, как книга "Let's Dance" у Дэвида Боуи. писатель имел в виду и очевидную коммерциализацию, все даже в этом плане чувство меры Питеpу не изменило. Настоящим боевиком стал сингл "Sledgehammer" с очевидным влиянием американского соул. В 1967 году Гэбриэл присутствовал на концерте Отиса Реддинга, что по сей день считает за самое лучшее "живое" выступление, которое видел. С Реддингом тутто выступал трубач Уэйн Джексом, что путем 20 лет участвовал в записи "Sledgehammer" и других песен диска "So". помимо него, на альбоме отметился неурезанный ряд известных джазменов - басист Ларри Клейн, музыкант Ричард Ти и скрипач Лакшминараньям Шанкар. Гэбриэл продолжил и свое помощь с музыкантами третьего мира: на следующем сингловом хите "In Your Eyes" объявился сенегальский певец Юссу Н'дур, которого Питер оценил как "молодого Боба Марли". При записи песни "Mercy Street" Гэбриэл заезжал в Бразилию обратиться за через к перкуссионисту Джалму Корре для создания требуемого ритмического рисунка. О том, что творчество Гэбриэла приобрело новые измерения лиричности и интимности, свидетельствовала частично автобиографическая запись "Big Time (Success)", в которой композитор целился в неуемное позыв успеха и творческую некритичность. Одним из самых сильных моментов диска стал дуэт с Кейт Буш на "Don't Give Up" с сильным влиянием госпел и кантри. "Вклад Кейт огромен, - позже говорил Гэбриэл. - Я просто влюблен в ее звук и манеру петь. Мне кажется, что на этой песне она поет окончательно не так, как на собственных композициях, с большим вкусом". Темой песни являлась безработица и тот добрый стресс и дискомфорт, что она приносит - но есть и подтекст, говорящий о месте человека в общественной жизни. книга завершала песнь "We Do What We're Told", которая под названием "Milgrim's 37" была написана еще в 1980 году, но звучала лишь в концертных программах.
То, что возвращение Гэбриэлу удалось, говорила читательская анкета Record Mirror за 1986 год. между самых лучших музыкантов он занял третье место, так же был оценен его сингл "Sledgehammer", какой в своем видео-варианте попал на первое место. книга "So" был "только" шестым.
книга "Passion" основан на саундтрековой записи к фильму Мартина Скорсезе "Последнее испытание Христа", но на лучший саундтрек походит мало. "Когда фильм был уже сделан, оставалось еще порядком интересных идей, над которыми стоило поработать, так что книга пришлось малость удлинить, - разъяснял музыкант. - Некоторые куски весь для фильма не годились, и я решил, что книга обязан быть независимым. А в качестве названия я взял рабочее имя ленты "Страсти Господни".
Для создания этой музыки Гэбриэл объездил Африку и далекий Восток и использовал в записи народные инструменты этих регионов, так что, даже искусно вплетая в музыкальную ткань современные гитары и синтезаторы, он лишь наносил штрихи актуальности на древнее полотно. В работе над альбомом участвовали и такие давние знакомые Питера, как ударники Ману Каче и Билли Кобэм, бразильский перкуссионист Джалма Корриа, музыкант Дэвид Роудс и еще Шанкар на скрипке и Юссу Н'Дур. Дэвид Санчес на двух песнях обеспечил красивый вокал сопровождения. Лучшими на двойнике, содержащем в основном медитативную инструментальную музыку, оказались титульная песнь и "It Is Accomplished".
В 1989 году Гэбриэл побывал в СССР, для помогать открытию местного отеделения Greenpeace. В начале 90-х некоторое эра Гэбриэл выступал с Шинейд О'Коннор. Проблемы с женщинами - отверстие с женой, неудачные отношения с актрисой Аркетт - решал с через групповой психотерапии. Другим через поиска психической стабильности стала новая коммуна ("Совсем без хиппи"), возникшая на базе студийной работы в Бате.
Продюсерская деятельный в студии "Настоящий мир" (Real World) довольно отвлекала его от работы над собственными дисками, но давала постоянную мочь контакта с азиатскими, африканскими или болгарскими музыкантами. Так малопомалу копился вещь для сольного альбома "Us", в записи которого приняли покровительство музыканты от Тель-Авива до Токио.
На пионер слух этот диск, пожалуй, очень любовный у певца, не обладал такой сингловой пробойностью, как "So", но знаток одновременно отмечал великолепное соединение простоты и рафинированности. Ведущим синглом и видеохитом стала гипнотическая песнь "Digging in the Dirt", взывающая к помощи и пониманию. И на этом лонгплее музыкант не оставил своих попыток перемешивать различные стили - на "Come Talk to Me" есть шотландские волынки, африканские барабаны, армянский дудук и даже покровительство российского ансамбля Дмитрия Покровского. вновь наличность продюсера Даниэля Лануа, создавшего атмосферу, превосходно сочетающуюся с расстроенным внутренним вместе певца. Хотя, по мнению многих критиков, диск этот по музыкальным достоинствам уступал альбому "So", книга превосходных сопутствующих видеоклипов обеспечил ему еще более горячий замашка у широкой аудитории. В 1994 году вышел двойной концертник "Secret World Live", записанный во пора одноименного мирового тура.
теперь Гэбриэл уделяет большее почтение деятельности Real World и организации интернациональных фестивалей WOMAD, а также работе над различными мультимедийными проектами (в их числе CD-R'ы - "Xplora1" и "Eve", комбинирующие возможности аудио и видео).Нужно отметить и зрелище "OVO: Millennium Show" (2000), подходящий к наступлению нового тысячелетия и поставленный умышленно для культурно-выставочного центра The Millennium Dome (Лондон) с задействованием всех его ультрасовременных технических возможностей. К участию в спектакле (музыка к которому вышла отдельным компакт-диском) снова были привлечены артисты самых разных национальностей, культур и музыкальных направлений: Элизабет Фрэйзер, Нена Черри, Иарла О'Лионард, Ричи Хэвенс и др.
замечание к дискографии: глава тиража альбома "Peter Gabriel (4)" в США распространялась под названием "Security". Этот же книга после пять лет был переписан на немецком языке и издан под названием "Deutsches Album". Титульная песнь со сборника "Shaking the Tree" взята из сольного альбома Н'Дура "The Lion".
