Осень 2000 - очень плодотворный период работы группы. Несколько мини-выступлений в "33 оборота", новые песни и, в довершении всего запись в "домашних условиях" первого квартирника в конце ноября-начале декабря.
Гофман Сергей
Вокал, гитара, блокфлейта, тексты, музыка.
Павлов Александр
Гитара, бэк-вокал, тексты, музыка.
Обруч Артем
Бас.
Белоусов Дмитрий
Барабаны, тексты.
теперь трудно сказать, если же все-таки началась предание "Пункта назначения", но, мне кажется, следует обратиться к 1997 году.
Осенью 1997 года в Тюменский казенный нефтегазовый университет по непонятным причинам и с еще более непонятной целью поступили Сергей Гофман и Дмитрий Белоусов (я, то есть). Мало того, что мы с Серегой попали на один факультет, да еще и в одну группу, зело бегло выяснилось, что мы оба играем на гитаре и живем на соседних улицах. безотлагательно мне все это кажется чрезвычайно удачным стечением обстоятельств. К тому времени Серега уже играл в школьном ансамбле на ударных, а я еще с ранних лет учебы в музыкальной школе очень тщетно пытался создать собственную группу. В общем, мы с Серегой мгновенно подняли немеряный кипиш с целью создания группы на базе славного факультета технической кибернетики и, естественно, сильно поспешно обломались. Но это не так уж важно. Дело в том, что в ТюмГНГУ до сих пор существует такое мероприятие, называемое "Осенняя премьера" (или еще его называют "Дебют первокурсника"), где отдельный новоиспеченный студент, умеющий петь, плясать, шалить на балалайке и т.д. имеет мочь без особого вреда для здоровья надежда в своих талантах и оставить сцену тем, кто помимо этого вместе шиш не умеет. Естественно, мы с Серегой с головой залезли в это безобразие. К тому времени у меня была аминь неплохая корейская акустическая гитара PowerBeat и электрогитара Prince редкостного качества, в том смысле, что такая дерьмовая гитара - большая редкость. Итак, наш комната назывался "Ой-йо". действительно это была популярная песнь группы Чайф, у которой я переделал слова. Я играл ритм и почему-то пел, Серега изображал соло на электрогитаре. затем этого я зарекся больше не петь - это был ужас. Меня спасло всего то, что припев за меня пел зал. Надо сказать, что мы выступали без репетиций на сцене, может следовательно и получилась такая лажа. Тем не менее, я больше не пою, а Серега не играет на соло-гитаре.
кроме наступил долгий перерыв. Мы с Серегой еще чего-то там пытались исполнять на базе факультета, но поспешно поняли, что это безнадежно и завязали.
Осенью 1998 года на тот же пир появилась идея исполнять песню Стинга "Shape of my heart". Из толпы первокурсников были отобраны два человека, которые более или менее могли шалить на гитаре. Так в нашей компании появились Шура Павлов (Петрович) и Артем Глазков. Кстати, песню эту так и не сыграли.
Где-то в конце января 1999 года ко мне зашел Серега и попросил электрогитару поиграть. Она тутто без дела пылилась в углу, следовательно я не возражал. А на по бал Шура с Серегой притащили мне дискету с записью. Там был зачинщик вариация "Тем, кто..." - этакая гремучая окрошка Невы и ДДТ. Но для первого раза неплохо. На по день уже была первая официальная репетиция. 26 января считается официальным днем рождения ПН.
Репетировали у Шуры на квартире. Надо отдать должное его родителям (впрочем, и соседям тоже) - ни разу к нам не предъявляли претензий, хотя шуму было более чем достаточно. Аппаратуру собирали по крохам. прежде нашли какой-то древний трехканальный микшер, что прежде стоял в ЦУМе. По-моему, нам даже удалось заграждать его работать. после достали не менее древний усилитель с тремя входами - это был уже прогресс. Все это втыкалось в компьютер, кто имел еще один звуковой вход, таким образом мы имели 3-4 рабочих входа: 2 гитары, микрофон и синтезатор. Гитар вообще-то было 3: тёмина "Yamaha", мой "Prince" и шурина электроакустика "Academy" - корейская классическая гитара с синтетическими струнами. Синтезатор мы взяли у шуриного знакомого - не бог известие что, но все-таки лучше, чем ничего. враз записывали и слушали, что получилось. На вокал посадили Серегу - единственного человека из нас, какой умел петь. Артем играл на ритм-гитаре (собственно, это скорее был ритм-бас), Шура сел за соло-гитару. Мне гитар не досталось, следовательно пришлось теснить за синтезатор - тут капля пригодились мои 4 класса аккордеона. На синтезаторе я изображал, в основном, ударные - это и определило мою дальнейшую роль в группе. Так мы играли до марта. безотлагательно мне кажется, что это был настоящий полезный промежуток нашего творчества: были написаны "Золотые рифмы", "Твою мать!", "Имбецилы", "Одиночество", "В ожидании".
Один раз в очень апогей репетиции отключили свет. совершать было нечего, следовательно пошли на кухню стали выдумывать слово группы (т. к. такового еще не было). Вариантов было много, я теперь помню единственно "Переезд" и "Лошадь пьяного индейца". Ни одно из названий в тот пир так основательно и не утвердили. А на по день Серега как-то так случайно предложил: "Пункт назначения". Все согласились.
В марте нам повезло. Предложили ударную установку за против небольшую цену. Мы естественно, моментально согласились. Мотались за ней аж за 300 км - в Ишим. На обратном пути еще и инструмент сломалась. В общем, еле-еле мы с Серегой допилили до Тюмени. Так у нас появилась собственная ударная установка "Amati". Впрочем, нам это имя тутто нисколько не говорило.
Естественно, о репетициях у Шурика не могло идти и речи. Начались поиски помещения: школы, клубы и т.п. Мы уж чуть ли не согласились на один подростковый клуб с очень невыгодными для нас условиями, но тут нам паки подфартило: Тёма нашел резервуар в НИПИКБС. выключая помещения нам предоставили еще микшерный пульт и цифровой ревербератор. О таком дозволено было один мечтать.
Начался промежуток застоя. Одни и те же песни делались, забывались, вспоминались, опять делались, переделывались и вторично успешно забывались. Правда, к этому периоду принадлежит наше первое выступление - на фестивале "Тюменские куранты". Попали мы на него вдосталь по глупости - на концерте "НЕвы" как обычно немного здравый Шура подвалил к директору рок-центра Нику и начал втирать ему, какая мы замечательная группа. А тот, еще более немного трезвый, в свою очередь стал плакаться, как мало в Тюмени молодых групп и что рок-течение общий загнивает. На следующее утро об этом разговоре уже забыли, но не тут то было. Ближе к маю на нас как гром между ясного неба свалилось известие: мы записаны на рок-фестиваль "Тюменские куранты" под именем "Переезд". Пришлось безотлагательно путешествовать разбираться. Откопали старую кассету с нашими записями (это если еще у Шурика репетировали, записали), привезли. Эту сцену я помню до сих пор. Всей толпой мы завалились в кабинет, заявили, что мы никакой не "переезд", а "Пункт назначения" и никем другим быть не желаем. Наташа (я не знаю, какая у нее должность, что-то вроде зама) стала возмущаться, мол не звучит и ваще: Но Ник мгновенно на нее наехал и сказал, что раз мы так решили, вероятно так и довольно и обозвал нас ПуНа (это типа такое сокращение). Мы поняли, что противиться безуспешно и стали вслушиваться кассету. прежде попали на "Ожидание". Нику понравилось - такие вещи иногда попадаются в тюменском роке. "Так," - заявил он, - "поставим вас предварительно "Граффити"". Мы чуть не рухнули: "Граффити" была для нас непререкаемым авторитетом, вершиной всей тюменской рок-музыки. Ник молча отмотал будущий и включил воспроизведение. Мне показалось, что он подпрыгнул дружно со стулом - "Имбецилы" в более жестком варианте, чем немедленно и отвратного качества. честный сказать, я думал, что затем прослушивания этой песни путь на "ТюКи" и в "Белый кот" вместе для нас довольно закрыт навеки. "А что, мне нравится" - раздался напев Ника. Так начался наш путь на большую сцену.
безотлагательно не существует единой оценки нашего выступления на "ТюКах". Мнения разделяются на "плохо", "очень плохо" и "ужасно". Во многом, конечно, подвела аппаратура - сполна отказал шнур у ритм-гитары, пришлось безотлагательно вонзать ее в басовый канал, сообразно звук представлял собой что-то с чем-то. Удивило то, что потом выступления руководитель группы "НЕва" Леха Шляков (кстати наш учитель философии) подошел к нам и сказал, что все, мол было классно, тексты зашибись, ритмы тоже, лишь музыкант нам нафиг не нужен, а нужен правильный бас. Услышать такие болтовня от самого Лехи Шлякова - это было круто. потом этого мы весь пир пили пиво и радовались, какие мы крутые музыканты.
в "ТюКов" вся деятельный вновь заглохла - приближалась сессия. Летом, по причине того, что все разъехались, вторично же нисколько не происходило. как Серега с Темой все лето перетряхивали аппаратуру и паяли дистошу. Кстати, успешно.
В начале осени 1999 мы нашли бас. бояться раздолбанный, в ужасном состоянии, но зато "Muzima" и далеко дешево. В рекордно короткие сроки сроки бас был восстановлен до такого состояния, что при игре с него сносный не отпадывало и даже шел какой-то звук. Шура начал учиться шалить на басу. За следующие полгода я не помню серьезных творческих прорывов - в основном переделывали старые композиции и играли "попсу" - старые песни "Машины времени", "Секрета" и т.д. на всякие праздники. За это нам, правда, подкинули навороченную акустику и переселили в актовый зал.
Где-то в апреле 2000 мы наконец-то забыли лажу на своем первом выступлении и созрели для того, дабы сыграть в клубе "33 оборота". воздух в этом клубе была такой, что играли все, кто хотели, что хотели, как хотели и если хотели. В общем сплошной беспредел. Но накануне самым выступлением случилось то, чего никто и казаться не ожидал. В общем, Серега с Темой, мягко говоря, поругались, и поругались капитально. Мне не хотелось бы вспоминать причины конфликта, скажу только, что мы встали на сторону Сереги и остались без гитариста, аппаратуры и помещения.
Не век думая, Шура вновь взял в руки гитару, а на поляна басиста пришел Артем Обруч. Нам снова повезло - мы мгновенно нашли точку с кое-какой аппаратурой на приемлемых условиях. Впрочем, мы схватились за главный же разновидность - времени, да и возможности баллотировать у нас отдельно не было. Итак, нашим новым домом стал рок-центр "Фортуна" подросткового клуба "Контакт". С руководителем этого рок-центра мы враз нашли все язык - мы не мешаем трудиться ему, он не мешает заниматься нам. Начинаются эксперименты со стилями исполняемой музыки. Предпринимается испытание добавить синтезатор и женский вокал, но, незаметно эта предприятие загнивает и коллекция останавливается особенно на пост-панке. дело написания новых песен наконец-то сдвигается с мертвой точки. Придумывается имя и концепция первого альбома "ПН Переход", а вслед за ним летом 2000 и сама песнь "Переход". вместе за лето было сделано порядочно много. В почтение праздника 1 сентября мы выступили в сборном мини-концерте рок-центра "Фортуна" на базе того же "Контакта". Сыграли 2 песни: "Переход" и "Твою мать!". Уже приблизительно без лажи.
Где-то в это же дата в группе появляется последний басист - Женя Ишанов. Да еще и со своим басом. Это была настоящая открытие для нас - он не отличался высокой техникой игры, но играл вовсю ровно, и именно то, что надо. порядочно песен переделываются под два баса, появляется аккордеон. К сожалению, помощь с Женей продолжалось недолго, он обязан был бросить работу в группе из-за учебы. Все еще вернулось на место.
Вот на этом я и хочу пока закончить свое повествование. разряд "Пункт назначения" до сих пор живет, несмотря на все трудности, более того, в воздухе паки витает идея добавления женского вокала, Шура уже грозится, что написал песню на 2 голоса. В недалеком будущем планируется пение и запись первого альбома. А 26 января мы отметили 2 года.
Осень 2000 - очень плодотворный период работы группы. Несколько мини-выступлений в "33 оборота", новые песни и, в довершении всего запись в "домашних условиях" первого квартирника в конце ноября-начале декабря.