Рождение моё, в принципе, было парадоксом. В 18 лет моей маме вынесли «приговор»: рожать не может! После трёх лет лечений-мучений, консилиум врачей диагноз подтвердил.
начало моё, в принципе, было парадоксом. В 18 лет моей маме вынесли «приговор»: рождать не может! потом трёх лет лечений-мучений, собрание врачей диагноз подтвердил. Мама, вся в слезах крикнула: «Я вам напротив рожу!» Пробегая мимо церкви, её остановила старушка, и, узнав в чём дело, попросила копеечку на свечку. помощью 2 недели мама поняла, что она в положении. Носила она меня 10,5 месяцев. И 26 сентября 1968 года, в г. Орле, на третьи день родов родился я. Темечко у меня было заросшее, и врачи предположили: либо дебил, либо неординарный какой-то, век покажет. Видимо «переношенность» моя сработала, или гены с хромосомами, но в год и 1,5 месяца я запел. Отец мой закончил муз. школа по вокалу, да к тому же одессит, и никто не удивился, что первая моя песнь была «Шаланды полные кефали…». Так произошла моя первая случай с жанром, в котором безотлагательно работаю. В детском саду на меня вешали всё: знание праздников, песни, стихи, игру на инструментах. часто выходил на площадку по 7-8 раз. Но мне нравилось, и в 3 года я уже знал, кем буду. Родители не радовались, глядя на мои успехи, они то знали как «тяжела и неказиста существование советского артиста». Спокойным я не был, но и хулиганом меня казаться запрещается было назвать. Хотя влечение к приколам у меня началась с детства. если я повинен был петь песню «Орлёнок», мне показалось, что возбраняется её петь в белых брюках и недолго думая, постирал штаны в бабушкином борще. За что и схлопотал. зачинщик раз ушёл из дома в первом классе, не из любви к романтике, а за кол по поведению. Но меня нашли. Бить не стали, но 2 дня не разговаривали, лучше бы побили. До 6-го класса был трусоват. если в дежурный раз пришёл побитый домой, попросил отца, для научил драться, а он это умел, я пару раз видел. Он спросил: «Ты боли боишься?» – «Нет, я бить боюсь, сразу ему слишком будет» – «Попробуй разочек не дрожать за противника, если хочешь мочь себя защитить». На по день произошла моя первая драка, до сих пор с удовольствием вспоминаю. Не скажу, что я был в восторге от мордобития, но отплата моральное я получил. Рос нормальным пацаном, лишь ростом был настоящий малый – угнетало. Пел, играл в школьном ВИА на барабанах, после ещё в куче коллективов. Один раз, возвращаясь вечер со смотра худ. самодеятельности, с автоматом Калашникова за спиной (для антуража в одном из номеров) меня скрутили менты, и в РОВД начали колоть, сколь я банков и магазинов взял. Отвечаю, что не брал, просто иду с "калашом" домой, а тут вы. Короче, АК забрали и в 3 ночи меня отпустили. А в школе началось дознание, сколь я всё-таки магазинов ограбил? Так, для администрации я стал неблагонадёжным. Шёл мне 16 год.
Начал делать спортом. Занимал первые места по стрельбе; турник, тяжести… Крутил и вёл дискотеки, выступал с ВИА. многолетие кипела. Первая любовь, которая оставила след в душе на всю жизнь. Может и сейчас, где-то в подсознании, я ЕЙ что-то доказываю. Пока нес на себе знак «неблагонадёжности», учиться не старался, но в институт поступил на «4» и «5». Институт Культуры, режиссура. В группе 25 девчонок и 2 парня. Как писал М. Жванецкий: «Половую жизнь, я начал поздно, но всё детство судорожно к ней готовился!» Попав в такой «цветник», трудно было соединять учёбу и рефлексы. В 1986 году был выбор: окончить институт, или начинать в армию. Следуя принципу «раньше сядешь – прежде выйдешь», написал объявление о призыве меня в СА. Физически и морально я давным был готов, и проверить себя на твёрдость давным хотелось. На перроне стояло 30 девушек, но накануне глазами стоит головка иная: рыдающая и бегущая за поездом мама. после понял, мысль «МАМА» осознаётся лишь в разлуке и на расстоянии. Но впереди было двухгодичное странствие в иную и суровую школу под названием Армия. Московский ратный округ, войска ПВО, Петушинский, извините, район, крепость Костерёво-2. В первую неделю всеми правдами и неправдами стремился попасть в клуб, и попал. Взяли меня сразу. Пел хорошо, играл на четырёх инструментах, так что на концерте посвящённом присяге, уже играл в ансамбле. раз ночью меня подняли деды, и повели в сушилку. «Будут бить…» - подумал я. И действительно, дедушки решили на мне приёмчики поотрабатывать. Т.к. двум смертям не бывать, решил торчать до последнего. Вспомнил все приёмы карате и самбо, которые когда–либо видел, вспомнил, как бойцы на тренировках орут. Вспомнил, даже чего не знал, и прокатило!!! в такой психической атаки, парни даже опешили: «Каратист что ли? А чего шифруешься?» потом тренировки заварили чефир, принесли гитару, и началась ночная армейская жизнь. Чаще только пели Розенбаума, Лозу и Новикова. Самое приятное для меня было следующее: если днём нас, «духов», гоняли и припахивали, то ночью я и мой друг Алик Байрамдурдыев, не жалея кулаков, безо всякой субординации, бились с дедами на равных, и от души компенсировали свои дневные обиды. эра шло, и на следующий год службы, я стал старшим оркестра, клуба, ансамбля, киномехаником и фотографом. Но в караулы и на тумбочку захаживал, не косил. согласие собрался крепкий, даже с возвышенность лет могу это сказать. Концертов было много, преимущественно запомнились выступления на ПИВЗАВОДЕ. атаман у нас, ст. лейтенант В. Пелехатый, обольстительный невежа был. пить нас в открытую - не поил, но выйдет на полчаса, а мы уже приложились к предложенному зрителями пивку, и очень основательно. «Не понял, вы что, пили залётчики?» И катает нас в автобусе около части 3 часа, пока не проветримся. А вовсе решил «на музыке играть» на фестивале ансамблей, если занял между вокалистов призовое место.
1988 год – ДЕМБЕЛЬ!!! Восстановился в институт, но перевёлся на дирижёрско-хоровое отделение. Проучился некоторое время, и возникла нужда собрать коллектив. Музыканты, хоть и молодые, но далеко крепкие. На барабанах Дима Сланский (Моральный Кодекс, Чичерина, Сукачёв), пела Оксана Орлова – знаменитый шансона, бас-гитара Олег Ураков (аранжировщик лучших представителей сегодняшнего шансона) и некоторый другие. число со временем менялся основательно. Сели заниматься в кабак, и началась профессиональная кабацкая пахота. потом работал в филармонии – весь читинский край с концертами объездил. Вот где люди «жили», ни дай Бог! В магазине маргарин и горчица – всё! За бутылку водки дозволено было шкуру лисы обменять. Как-то в Орле, 1989 году выступала разряд «Тихий Час». потом концерта затусовались, выпили, попели и ребята говорят: «Хорошо поёшь. Хавтан в «Браво» нового вокалиста в Е.Осина ищет. Давай, мы поможем». Я загорелся, ни фига себе, мне 21год, я из Орла, а тут «Браво»! Звоню Хавтану в Москву, так и так. что лет, рост, вес, кого слушаешь? Привози демо-запись и сам естественно. Я, охреневший от счастья, пру в столицу. Встретились с Хавтаном, послушал, поехали, говорит. Приезжаем к нему домой, ставит видео «Бравы», сможешь так? А мне тут хоть грудью на амбразуру. Легко, говорю. Выучишь – приедешь. Приезжаю, он послушал: «Молодец, а где гарантия, что ты от меня не уйдёшь?» Я ему: «Ты мне не веришь? Сам то понял что спросил?» Говорит, будем трактат подписывать на 5 лет. повторение тогда-то, немедленно домой, собирай вещи, пред выездом позвони. Собираюсь выезжать, звоню. Он мне – Браво распадается, извини. Тут гр. «Бригадиры» вокалист нужен (это если Галанин с Сукачёвым расстались) могу позвонить. Звони, говорю. А самого жаба душит. Засада, такое грандиозное в руках держал. Ладно, ладно. после ездил на конкурсы в Москву, выигрывал, но со звёздностью не срасталось. Увидел после в Браво Сюткина, чуть не сдох от несправедливости, а, наверное, скорее, от зависти, это я после годы понял. Понял и сортировка Хавтана. Сюткину 34, профи, москвич. Вот и всё. И я, 21год, профессионально единственно начал работать, и в метро с компасом в одном вагоне заблужусь. Но униматься я не собирался…
В 1994 нашу команду из Орла пригласили сидеть в Сочи. Познакомились с музыкантами, которые со звёздами катались, они оставили телефоны московские, мол, звоните, довольно занятие – приезжайте. Авантюристов оказалось трое: я, Ураков Олег и Лёша Конкин. Приютила нас Лёшина тётя в Мытищах (Божий человек, реверанс ей до земли). С работой оказалось намного сложнее, чем мы думали. Пошли с Олегом дворниками заниматься на Кузнецкий Мост. Бывало, ночевали в подъездах, но это не ломало. Была цель практиковать свою музыку, но не было возможности. после жили в общагах, на квартирах. У многих с работой наладилось. Ураков с В. Цыгановой, остальные наши кто с Павлиашвили, с Кадышевой, с Гурцкой. Мы с Лёхой - в кабаках. Звонит Ураков – Цыгановой на студии надо бэк-вокал пропеть. Приехали, пропели раз, два, три. после у Вики съёмки в ГКЦ «Россия». Ребята подпойте, попляшите. Подпели так, что решили - зачем весь коллектив возить, Лёха с Виталиком вдвоём всё шоу делают. Ну и пошло поехало. С Цыгановой, не знаю как сейчас, но тут коптеть с ней было, не скажу что интересно, но куражно…
^Про шансон
Почему шансон? Длинная история, но немедленно вижу закономерную, логичную цепь событий, в которых случайности исключены. Работая в ресторанах, песни классиков жанра приходилось петь исключительно мне. Просто тембрально и по темпераменту это уже было в моей органике. Перепел я массу песен на русском, английском, итальянском, французском языках. Пел джаз, рок, романсы. Но во всех песнях старался встречать то, ради чего они написаны, если это вестимо не искусство для ног. Как-то Вадим Цыганов предложил долг план в шансонном ключе, и это в тот момент, если я вместе подумывал завязать с музыкой. Начали работать. Записали песни нашего покойного друга Саши Катохина: «Чужая жена», «Кенты, менты», «Дядя». Песни взяли на радио, пошли в народ. в расставания с Цыгановой, петь про «часики» было даже смешно. Решил реанимировать песни А. Катохина. Материалом заинтересовался лейбл «Мастерсаунд», но с условием, песни должны быть тюремной тематики. Катохин не молва знал про тюрьму, да и песни Его, как-то по-особому трогали. Я выступил в роли вокалиста. училище кабацкая ни с одной Гнесинкой не сравнится, и петь песни близкого, но ушедшего человека мне было не сложно. Так же в книга вошли песни Юрия Шлейна, он сейчас, к сожалению, за колючкой. зело способный человек, его песнь «Тополиный пух» вошла в двадцатку лучших песен «Радио Шансон» 2003 или 4-го года, не помню. И я, по дурости, влупил в книга свою песню, по своей дебильности поднявшей планку вельми высоко. Я тут был лишь исполнителем, и думал что авторство - не безмерный труд, а зря.
Потом, по воле Божьей, мне посчастливилось посещать в самом святом месте на Земле, в Храме Гроба Господня в Иерусалиме, на месте распятия Господа нашего – Иисуса Христа. И такой мразью я себя там почувствовал, слёзы раскаяния за мои грехи рекой лились. многолетие развернулась в абсолютно другом ракурсе. Мне, тут всего 34 ода исполнилось, и болтовня о смысле жизни были пустым, звонким пафосом. враз перестал материться - как отрубило, начал мнить или и мысли слагались в рифму. после песни сыпались как из рога изобилия, исключительно успевал записывать, но из этой массы уже проявлялись не тупые, как раньше, а со смыслом. после определил для себя, что, не побывав на зоне, не имею права петь блатные песни, запрещается на этом арена ради корысти находиться. Но это моё личное мнение. Вышел книга под номерным названием «Первый». Набрав материя на другой альбом, заявил главе компании «Мастерсаунд» Ю. Н. Севостьянову (упокой Господи его душу), что песни про «колючку» петь больше не могу, из личных убеждений и предложил песни авторские ко второму альбому. Решили рискнуть. Под руководством моего продюсера Вики Романовой, вышел и дальнейший книга - «Брат». скольконибудь удачных песен зазвучали на радиостанциях не лишь России, но и за рубежом. Из-за моей позиции «непения» песен на тюремную тему, с Севостьяновым договор о сотрудничестве мы разорвали. Ушёл в вольный полёт. Руки развязаны – делай что хочешь. Песен много, приступил к записи третьего альбома. Но тут началось самое интересное: то, что я год вспять считал удачным, показалось для меня наивным и откровенный слабым. И пошли песни другого уровня, другая энергетика, иной настрой, может потому, что шёл огромный пост, и главный не отяжелялась «мясами и рыбами», да и чтение святых отцов свой повторение оставили. По мере записи возникали новые более сильные песни. вовсе намедни мы с моими друзьями и коллегами Олегом Ураковым, Павлом Фастером и гитаристом Лёшей Конкиным, с Божьей через книга закончили. «Кризис среднего возраста». Песни от первого лица, без обобщений, может потому и оказались понятными и близкими для многих. бесконечно стараюсь ни под кого не «косить». А говорить: «Я пою душой!!!».
^Про Круга
Эту тему преимущественно неприятно поднимать. Как с Высоцким. в смерти человека столько друзей появилось. А сколь на его имени потом трагедии бабла подняли. Это уже про Круга. Я прописал с Лёхой бэки к альбому «Приходите в мой дом», принял покровительство в двух клипах: «Приходите в мой дом» и «Постой душа», поскольку являлся музыкантом Цыгановой. И отработали изрядно концертов, где звучал их дуэт. Как, о человеке рассматривать о нём ,не имею права. Здравствуй и пока – обыкновенный этикет. На студии он говорил мало, в основном по работе. Так что извините, уважаемые читатели, если разочаровал вас в моих «мемуарах» о Михаиле Круге.
^Про Чечню
Бывал в Чечне дважды. затейщик раз как на прогулке, просто было интересно. Потом, если видишь, как вертолёты с людьми в небе взрываются, то уже и водка, даже в изрядном количестве, не берёт. Поразил тот сильный дух армейского братства, какой присутствует исключительно на войне. Нет там лжи и фальши, как здесь. Но цена этой чистоте, вовсю дорогая. Я вместе про армию, как про лучшие годы юности вспоминаю. Даже дважды в свою деление в дембеля ездил – ностальгия…
^Про песни
Один неглупый прислуга мне как-то сказал: песни должны читаться, как стихи и рифма обязана быть безупречной. затем этого начал хлопотать с «чудовищем» по имени рифма – насмерть. Бывает, песнь пишется за 3 минуты, бывает, неделями обещание подбираю. содержание выплывает по-разному. койкогда какое-нибудь событие потрясёт так, что сносный сочинять не надо. Бывает, в подсознании что-то зреет долгое период и выливается в какую-нибудь историю, но повсюду непременно должна прослеживаться основная мысль, ради чего ты весь за эту тему взялся.
^Про фамилию
Волин – это псевдоним, а зовут меня Виталий. Господа, если я взял псевдоним, значит, у меня есть причины не обнаруживать свою «родную» фамилию. Может я шпион?
^Про друзей
Общаюсь с многими. А друзей у меня, правда ДРУЗЕЙ, немного. Нормальные ребята, талантливые музыканты. И дружелюбие наша быстро двадцатилетний годовщина отметит.
^Про дарование и нищету
Реально ли пробиться талантливым, но бедным? Понимаю, что нескромно цитировать себя в пример, но денег у меня, в нормальном смысле этого слова, отродясь не было. Проституткой, во всех смыслах, тоже не был. Но, если люди ищут мои песни по всему Интернету, и даже дозваниваются сам до меня, предлагая разные виды помощи продвижения песен и информации обо мне – вывод: людям нужен и сообразно талантом не обделён. Отвечаю на вопрос: реально!!! трудолюбивый надо, возделывать и убавлять весь этот долбанный и ложный псевдо-шоу-бизнес. Тяжело, мучительно трудно, а как иначе? Потому термин «победа» такое сладкое. А о тех, кто теперь воистину ЗВЁЗДЫ, кто из них был с деньгами и бездарем? Не знаю таких.
^О семье
О семье сказать не буду – это моё. Хотя пару слов скажу. Дети есть, хотелось бы, дабы не связывали свою питание с музыкой, но боюсь, природа возьмёт своё. Любимая рядом, родители, причинность Господи, живы.
крайне хотелось бы, воеже как позволительно больше людей услышало мой третий книга «Кризис среднего возраста» и поделились своими впечатлениями. Есть задумка долг намерение песен в джазовой стилизации. Да, и «Грэмми» завоевать, а иначе, зачем на земле этой вечной живу?
